Масло времени

На новой персональной выставке Олега Хаславского, открывшейся 15 октября в зале местного отделения Союза художников, представлены картины, написанные за последние пять лет. О чём ведёт художник разговор с современниками, каковы источники его вдохновения, что сильнее: время или искусство – на эти вопросы Олег Львович отвечает для тех, кто хочет стать полноценным зрителем, думающим, понимающим и воспринимающим искусство во всей его полноте.

– Олег Львович, вы поэт, переводчик, фотограф, художник, и в работах выставки этот синтез чувствуется. Однако если в ваши стихах проявляется отношение к действительности, к каким-то определенным событиям и вещам, то в картинах – нет. Ваша живопись будто вне времени. Почему?

– Поэзия ближе к действительности. Иногда эти процессы идут параллельно: пишешь картину и сочиняешь стихи, одно влияет на другое. В этот момент сосредотачиваешься и настраиваешься на серьезную работу; наступает момент, и ты чувствуешь, что дальше уже работа руководит тобой. Ведь изначально, имея примерный замысел, художник до конца не знает, во что он выльется. И очень важно поймать это ощущение – когда картина ведет художника за собой.

– На открытии выставки отмечалось, что большинство ваших работ – пейзажи. Такая приверженность жанру наверняка не случайность?

– Нет, пейзажи, а еще конкретнее городские пейзажи, мне интересны. Это как раз и есть то, что нас окружает. Причем, я не рисую современные здания; если они есть, то на них не сделан акцент. Мне нравятся фотографии старого Таганрога. Картины рождаются на основе фотографии. Художественная фотография и фотография для последующего написания картины – это разные вещи. Бывает, хорошая фотография, но по ней нельзя написать картину, а бывает сам снимок не очень выразителен, но он служит хорошей основой для живописной работы. Но вообще любая картина – и пейзаж в том числе – это автопортрет, проекция и самоисследование. И главная задача при этом – сохранить объективный взгляд.

– На выставке представлен портрет ростовского поэта Леонида Григорьяна, его тоже писали по собственной фотографии?

– Нет, я не снимал Леонида Григорьевича, это портрет по фотографии его последних лет. Он всегда для меня был учителем, с которым мы говорили не столько о поэзии, сколько о жизни вообще, и это сыграло большую роль в моей жизни. Несмотря на то, что я так воспринимал его, Григорьян всегда вел себя со мной на равных. Идея написать его портрет возникла у меня давно, но вот воплотить ее удалось только сейчас.

– Еще один из портретов, экспонируемых на выставке, – портрет Чехова. Уже не в первый раз вы запечатлеваете образ нашего великого земляка, причем это всегда не парадный портрет: то лик Антона Павловича проступает через облако сепии, то, как на этот раз, он изображен на фоне пейзажа, характерного для местных широт.

– Да, Антона Павловича я очень люблю, и если перечитать его письма, то можно убедиться, что он был очень скромным и домашним человеком. Он очень спешил жить, и его творчество очень вдохновляет, в портретах отражено именно такое восприятие классика.

– Получается, что ваша живопись очень камерная, а сегодня современное искусство стремится задеть зрителя, спровоцировать его на что-то, удивить. Нельзя отрицать, что концептуальное искусство серьезно потеснило традиционное. Какова ваша позиция: художник должен эпатировать и привлекать зрителя новыми формами и приемами или нет?

– Да, оно потеснило, но не вытеснило. Это случилось не только сегодня, например, в 20-е годы XX века происходило почти то же самое. Бурлюк, Крученых, Хлебников так же теснили традиционное искусство, но оно осталось.

– Да, но они изменили сознание художников и зрителей.

– Безусловно. Так и сегодня.

– Тогда определите, какого зрителя вы могли бы назвать идеальным?

– Зритель должен быть квалифицированным, его надо обучать так же, как и художника. Случайный зритель может воспринять искусство, но на уровне своего восприятия. Сегодня зрителя нужно воспитывать и в эмоциональном плане.

– Люди глухи к искусству?

– Шире. К жизни вообще. Идеального зрителя можно было увидеть в 70-80-е годы сегодня их дети – это совершенно иное поколение. Когда я обрабатываю эскизы новых картин с помощью фильтров и вижу эскиз на экране монитора, я понимаю, что для меня этого недостаточно, я хочу видеть работу вживую. Новое поколение довольствуется экранным изображением, меняющимися слайдами на экране и т.д.

– Нужно ли в этой ситуации идти на компромисс?

– Художник должен работать без оглядки на зрителя, но с оглядкой на тех людей, чье мнение для него важно.

– И последний вопрос: в чем сегодня находите вдохновение? Что привлекает Олега Хаславского как художника?

– Мы уже говорили о жанрах, мне интересен портрет, интересно исследовать личность человека. В последнее время я обращаю внимание на натюрморты и цветы. Да, в этом нет сюжета, но идешь по улице, и тебя завораживает цветок, трава, листья деревьев – это красиво, и из этого очарования рождается картина.

Беседовала Татьяна ЯКОВЛЕВА, фото Виктора ГАЛЬПЕРИНА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *