Новое слово без слов

Необычная смесь хореографии, пантомимы и тонкого психологизма – все это пластический театр – явление новое в мировом сценическом искусстве. В России список подобных коллективов пока невелик. Большинство из них имеют столичную «прописку», и разве что таганрогская «Студия пластического движения 32», заявившая о себе ещё в 2010 году этюдом по чеховскому «Человеку в футляре», является в этом плане редким исключением.
Непохожесть «Студии 32» придаёт не только географическое положение. Необычен и состав участников. Они, несмотря на все большее признание коллектива, не профессиональные лицедеи, а в большинстве своём – будущие инженеры и программисты, студенты ИТА ЮФУ.
Внутри полумрак. Репетиция нового спектакля «Студии 32» «IPLIK» в самом разгаре.
«Здравствуйте, я из газеты, я звонил», — обращаюсь к участникам. «Привет, проходи, садись», — коротко поздоровавшись, Марина Дрень, режиссёр-постановщик, возвращается к работе. Время здесь уважают, это заметно сразу. Поэтому выбрав точку обзора во втором ряду, я сразу приступил к профессиональным обязанностям — к наблюдению. На сцене, примерно в равном соотношении, парни и девушки. Парни в спортивной одежде, девушки плюс к ней ещё и в «балетных» чёрных лосинах. Одна из актрис объясняет что-то другой, лёгкие и грациозные жесты кажутся понятнее слов. Из-за закрытых кулис выныривает девичья головка, внимательно и как-то по-наивному смотрит вверх, потом исчезает. Все босиком – чёрная лакированная сцена предмет особой важности для студийцев, и любая царапина, или камешек, неловко занесённый подошвой, может плохо «аукнуться» на спектакле. Из-за кулис появляется высокий худой парень с длинными руками, в сером рубище, напоминающем одежду первых христианских мучеников. Что-то говорит и тут же скрывается за кулисами. За ним следуют остальные. Начинается прогон – первое представление постановки.
Сюжетно описывать спектакль «IPLIK» не буду. Во-первых, это нечестно по отношению к зрителю, во вторых, как писал теоретик театра В. Щербаков, «до чего же нелепо обыкновенным привычным языком писать о бессловесном, о том, что не слову подвластно». То есть именно о том, чем два часа, взывая к подсознанию, и пленяя каким-то мистическим трансом зрителей, жил на сцене «IPLIK» — клубок невидимых нитей, который разматывался, пронизывая все состояния человеческой души – от становления до разрушения и обратно, и «размотался», конечно, у любви. Здесь нет массовки. Каждый персонаж играет свою роль, ведёт свою линию, которая дополняя общую игру, придаёт театральному действу некую объёмность. В спектакле нет и пошлости. Несмотря на то, что пластический жанр сам по себе предполагает несколько большую, чем в обычном театре, свободу и чувственность тела.
После прогона, который закончился около полуночи, удалось пообщаться со студийцами, задать им вопросы.
Марина Дрень, актриса драматического театра имени А.П. Чехова, режиссёр-постановщик «Студии 32»:
— Системы с каким-то определённым названием, как, например, система Станиславского, у меня нет. В чём принцип? От ребят не требую слепого повиновения. В какой-то степени они тоже режиссёры своих ролей, образов. Поэтому от актёров, прежде всего, жду честности и откровенности на сцене.
Асеф Мадатов (исполнитель главной мужской роли в спектакле «IPLIK»):
– Идея, мотив, то, как их донести до зрителя – это, наверное, самое главное. И самое сложное. В спектакле я играю человека в четырёх ипостасях – младенца, мальчика, юношу и мужчину. Чтобы донести это без слов, без текста, приходится особенно сильно как-то прогонять всё через себя.
— В чём миссия театра на твой взгляд?
— Мне кажется, что театр — это сконцентрированный опыт. В жизни события растянуты по времени, поэтому их связи зарождаются не так заметно. В спектакле мы стараемся в сжатой форме, за несколько часов, обратиться напрямую к сознанию и подсознанию зрителя.
— А как обстоят дела со временем? Ведь помимо актёрства ты — студент, нужно учиться и, наверное, отдыхать?
— Театр занимает примерно треть моего времени. Отдыхать, и правда, некогда, но вот какая штука – после того, как я начал заниматься в студии (а это мой второй спектакль), свободного времени оказалось меньше, но оно стало как-то сконцентрированнее.
— Потеряв в количестве, приобрёл в качестве?
— Именно так.
Юлия Топилина (исполнительница главной женской роли):
— Театр? Наверное, это шанс испытать чувства сильнее и ярче, так, как это происходит для меня именно на сцене. Театр как увеличительное стекло – выделает всё главное.
— Повлиял ли как-нибудь театр на твою жизнь вне сцены?
— Наверное, да. «IPLIK» — это мой первый спектакль. Но уже сейчас я стала как-то внимательнее к себе. Начала обращать внимание на то, как и почему у меня в определённых ситуациях возникают определённые чувства. Что и от чего во мне зарождается? Как зарождается? Как развивается? Это очень важно и интересно…
Павел Гузов (актёр):
— Самое трудоёмкое в нашем деле — техническая часть, постановка сложных номеров. Например, в «IPLIK» происходит массовое сражение на мечах, при этом между сражающимися ещё танцуют люди. Чтобы просто кого-нибудь «не убить», надо, как минимум, научиться чувствовать всех партнёров одновременно. И впереди, и сбоку, и сзади от себя. Открыть «третий глаз» на спине, найти «точку внимания» между лопатками.
— Третий глаз? Это похоже на какую-то магию.
— Магию театра… Когда я иду по улице и ко мне сзади, метров за 10-15 подходит какой-то человек, я это чувствую. И чувствую, с каким намерением он идёт. Этому тоже учит наш театр.
«Магия театра». Я не раз слышал эту расхожую фразу. Слышал, и не верил – от частого употребления подобные слова затёрлись, потеряли свой прежний блеск. Однако… Просто посмотрите «IPLIK». Вы поймёте, что даже у банальных слов может быть вполне реальный и действенный смысл. Вы это почувствуете, даже если во время спектакля не услышите ни одного слова…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *