«ВРШ 18», ставим трал!

«ВРШ 18», ставим трал… Сколько раз за долгие шесть месяцев звучало из динамика спикера. Эти слова произносились на мостике, по судовой трансляции, а потому слышны были по всему судну. Каждый занятый на вахте знал, что ему делать. Всякий раз эта фраза заставляла внутренне напрягаться и чувствовать себя причастным к общему, большому и важному делу. А перед этим был поиск. А перед этим капитан, которого чаще на «рыбаках» называли командиром, проявлял чудеса профессионализма и по ему одному известным признакам – волнению океана, температуре воды, времени суток и просто потому что «везун» – находил скопления ставриды.

Хороший капитан говорил: «раз есть вода, значит должна быть и рыба».

Поисковый эхолот работает на отражении сигнала. Когда под килем пусто, а глубина 3-4 тысячи метров, звук не отражается, уходит в бездну… «Пииииииииии, – звучит эхолот, – пиииииииии». Поиск продолжается.

И вдруг «Пии-пии, пии-пии». Есть запись! Дальше расписывают косяк, определяют размеры, направление движения и разворачиваются навстречу.

При умелом подходе рыбе, в принципе, деваться некуда. «Пошел трал», – звучит с мостика. Кутец* сброшен, задрожала корма, и заструились правильно уложенные на палубе веревки и дели, отправляясь в пучину морскую. Матросы траловой бригады расположились по расписанию: кто контролирует ход дели, кто готовит стальные стропы, кто снимает со стопоров траловые доски (внушительные стальные сооружения, призванные где-то на глубине раскрыть огромную пасть, способную проглотить десятки тонн рыбы). Позвякивают по палубе кухтыли, грохочут утяжелители, прозванные в шутку за круглую форму яйцами. Хороший трал – это 25-30 тонн. Бывало и более… Бывало и траловой палубы не хватало, чтобы разместить длиннющий мешок диаметром больше человеческого роста, битком набитый рыбой, и тогда, чаще всего тралмастер, поругивая штурманов: «опять перебрали», спускался по слипу* прямо к воде, чтобы надрезать мешок и выпустить часть улова обратно, в среду обитания.

Ровно загудели ваерные лебедки, отматывая метр за метром стальной трос – ваер диаметром 25-30 миллиметров. Теперь тральцам можно и отдохнуть.

В машине приняли команду нагружать главный двигатель «до полного». Все как обычно, но отвлекать механика в этот момент не рекомендуется, а то можно и выслушать.

Нагрузили, идем с тралом. В машине всегда есть работа. Ухает главный двигатель. Стройно звучат цилиндры. Если взять самопальный фонендоскоп, сделанный из электрода, можно услышать работу колец. Стройно, как музыка, одинаково звучат и в то же время по-разному. Как скрипки в оркестре… Значит, все хорошо, значит, берём от главного максимум из того, что он может. Хотя у каждого механика есть в загашнике. Технику надо жалеть. Трудись, трудись, работяга, крути вал; тот, в свою очередь, винт. Ловись рыбка, большая и маленькая, иначе что мы тут делаем?

Ближайшая земля – Чили. Миль через 300 будет. Дизель-генераторы пока в щадящем режиме. Однако проверить не мешает. Возьмем трал – будет не до того, будет жарко.

Рефрижераторная установка, скороморозильные аппараты, рыбцех, мукомолка, котел, сепараторы, насосов – поди посчитай. И вся эта железная армия будет работать на пределе возможностей, дабы обеспечить нормальную живучесть и жизнедеятельность судна.

Здесь говорят, что переход из района в район или в порт – это отдых. Главная работа на промысле. А потому механик, укладываясь отдыхать после вахты, перебирает мысленно каждый механизм, не упуская ни одной мелочи. На флоте мелочей не бывает.

А на мосту прибор рисует хороший косяк, фиксирует наполнение трала и об этом сразу же идет слушок по пароходу. Внизу, под главной палубой, в рыбцеху, готовятся к приёму урожая. Охлаждаются рыбные ванны, способные принять и передать на обработку 35 тонн сверкающей серебром ставриды. Проверяются технологические линии, скороморозильные аппараты и прочее оборудование.

Через час будет не разогнуться. Через час побегут, заспешат транспортеры, заработает малая и большая механизация, морозилки, мукомолки и все, что превратит рыбу в рыбопродукцию. А вечером помполит нарисует на большой доске, что расположена в коридоре по правому борту, сколько поймали, сколько переработали, что из всего этого вышло: добыли – …, заморозили – …, колода – …, шкерка – …, филе – …, рыбная мука – …, рыбий жир – … .

И будут обсуждать на судне это ровно один вечер. Завтра будут другие показатели, другая тема для разговора, и так шесть-семь месяцев. И делают вид все без исключения, от капитана до матроса, что это и есть самое главное в их жизни в океане.

Но нет же, самое главное – это то, что они еще на один день приблизились к тому наиважнейшему моменту, когда смогут увидеть зеленую траву, почувствовать запах цветов и обнять тех, кто их ждет на берегу.

«ВРШ 18», берем трал…

Геннадий БОРОДИН


Присылайте свои новости, фото и видео на номер +7 (918) 895-78-18 (Viber, WhatsApp).
Звоните, если хотите предложить интересную тему или задать вопрос представителям власти.
Подпишитесь на нашу группу в Инстаграмме.
«Новый таганрогский курьер» в соцсетях:  Одноклассники,  Facebook,  ВКонтакте.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *